shkolakz.ru   1 2 3 ... 7 8

Книга вторая



V.



10. Есть своя прелесть в красивых предметах, в золоте, серебре и

прочем; только взаимная приязнь делает приятным телесное прикосновение;

каждому чувству говорят воспринимаемые им особенности предметов. В земных

почестях, в праве распоряжаться и стоять во главе есть своя красота; она

заставляет и раба жадно стремиться к свободе. Нельзя, однако, в погоне за

всем этим отходить от Тебя, Господи, и удаляться от закона Твоего. Жизнь,

которой мы живем здесь, имеет свое очарование: в ней есть некое свое

благолепие, соответствующее всей земной красоте. Сладостна людскай дружба,

связывающая милыми узами многих в одно. Ради всего этого человек и позволяет

себе грешить и в неумеренной склонности к таким, низшим, благам покидает

Лучшее и Наивысшее, Тебя, Господи Боже наш, правду Твою и закон Твой. В этих

низших радостях есть своя услада, но не такая, как в Боге моем. Который

создал все, ибо в Нем наслаждается праведник, и Сам Он наслаждение для

праведных сердцем.

11. Итак, когда спрашивают, по какой причине совершено преступление, то

обычно она представляется вероятной только в том случае, если можно

обнаружить или стремление достичь какое-либо из тех благ, которые мы назвали

низшими, или же страх перед их потерей. Они прекрасны и почетны, хотя по

сравнению с высшими, счастливящими человека, презренны и низменны. Он убил

человека. Почему? Он влюбился в его жену или ему понравилось его имение; он

хотел его ограбить, чтобы на это жить; он боялся, что тот нанесет ему

крупные потери; он был обижен и горел желанием отомстить. Разве совершил бы

человек убийство без причины, из наслаждения самим убийством? Кто этому

поверит? Даже для того жестокого безумца, о котором сказано, что он был зол


и жесток просто так себе, без всяких оснований, приведена причина: "Рука и

душа не должны становиться вялыми от бездействия" В чем дело? Почему? Чтобы,

совершая преступление за преступлением, получить по взятии города почести,

власть, богатство; чтобы не бояться законов и не жить в затруднительных

обстоятельствах, нуждаясь и сознавая свои преступления. Сам Катилина,

следовательно, не любил преступлений своих и, во всяком случае, совершал их

ради чего-то.

VI.



12. Что же было мне, несчастному, мило в тебе, воровство мое, ночное

преступление мое, совершенное в шестнадцатилетнем возрасте? То не было

прекрасно, будучи воровством; представляешь ли ты вообще нечто, о чем стоило

бы говорить с Тобой? Прекрасны были те плоды, которые мы украли, потому что

они были Твоим созданием, прекраснейший из всех. Творец всего, благий

Господи, Ты, высшее благо и истинное благо мое; прекрасны были те плоды, но

не их желала жалкая душа моя. У меня в изобилии были лучшие: я сорвал их

только затем, чтобы украсть. Сорванное я бросил, отведав одной неправды,

которой радостно насладился. Если какой из этих плодов я и положил себе в

рот, то приправой к нему было преступление. Господи Боже мой, я спрашиваю

теперь, что доставляло мне удовольствие в этом воровстве? В нем нет никакой

привлекательности, не говоря уже о той, какая есть в справедливости и

благоразумии, какая есть в человеческом разуме, в памяти, чувствах и полной

сил жизни; нет красоты звезд, украшающих места свои; красоты земли и моря,

полных созданиями, сменяющими друг друга в рождении и смерти; в нем нет даже

той ущербной и мнимой привлекательности, которая есть в обольщающем пороке.

13. И гордость ведь прикидывается высотой души, хотя Ты один


возвышаешься над всеми, Господи. Разве честолюбие не ищет почестей и славы?

Но Тебя одного надлежит почитать больше всех и славить вовеки. И жестокая

власть хочет внушить страх, - но кого следует бояться, кроме одного Бога?

Что можно вырвать или спрятать от Его власти? Когда, где, каким образом, с

чьей помощью? И нежность влюбленного ищет ответной любви, - но нет ничего

нежнее Твоего милосердия, и нет любви спасительнее, чем любовь к правде

Твоей, которая прекраснее и светлее всего в мире. И любознательность,

по-видимому, усердно ищет знания, - но Ты один обладаешь полнотой его. Даже

невежество и глупость прикрываются именами простоты и невинности, - но ведь

ничего нельзя найти проще Тебя. Что невиннее Тебя? - ведь злым на горе

обращаются собственные дела их. Лень представляется желанием покоя, - но

только у Господа верный покой. Роскошь хочет называться удовлетворенностью и

достатком. Ты - полнота и неиссякающее изобилие сладости, не знающей ущерба.

Расточительность принимает вид щедрости, - но ведь все блага в избытке

раздаешь Ты. Скупость хочет владеть многим; Ты владеешь всем. Зависть ведет

тяжбу за превосходство, - что превосходит Тебя? Гнев ищет мести, - кто

отомстит справедливее Тебя? Страх, боясь необычной и внезапной беды, заранее

старается обеспечить безопасность тому, что любит. Что для Тебя необычно?

Что внезапно? Кто сможет отнять от Тебя то, что Ты любишь? И где, кроме

Тебя, полная безопасность? Люди убиваются в печали, потеряв то, чем

наслаждалась их жадность, которая не хочет ничего терять, - но только от

Тебя нельзя ничего отнять.

14. Так блудит душа, отвратившаяся от Тебя и вне Тебя ищущая то, что

найдет чистым и беспримесным только вернувшись к Тебе. Все, кто удаляются от


Тебя и поднимаются против Тебя, уподобляются Тебе в искаженном виде. Но даже

таким уподоблением они свидетельствуют о том, что Ты Творец всего мира, и

поэтому уйти от Тебя вообще некуда. Итак, что же было мне мило в том

воровстве? И в чем искаженно и извращенно уподоблялся я Господу моему? Или

мне было приятно хотя бы обмануть закон, раз уж я не мог сокрушить его в

открытую, и я, как пленник, создавал себе .куцее подобие свободы,

безнаказанно занимаясь тем, что было запрещено, теша себя тенью и подобием

всемогущества? Вот раб, убегающий от господина своего и настигший тень. О

тлен, о ужас жизни, о глубина смерти! Может ли быть любезно то, что

запретно, и только потому, что оно запретно?



<< предыдущая страница   следующая страница >>