shkolakz.ru 1
А.А. Кретов


ДВА ПРИНЦИПА УСТРОЙСТВА МИРОЗДАНЬЯ И ЯЗЫКА

// Грамматика III тысячелетия в контексте современного научного знания: XXVIII Распоповские чтения : материалы Международной конференции, посвященной 50-летию со дня основания кафедры русского языка филологического факультета ВГУ, 85-летию со дня рождения проф. И.П. Распопова, 75-летию со дня рождения проф. А.М. Ломова (Воронеж, 12-14 марта 2010 г.) : в 2 ч. – Воронеж : ВГПУ, 2010. – Ч.1, С.17-26


Один из принципов устройства мироздания сформулирован Платоном в диалоге «Софист»: «Чужеземец: Возьми, например, [глаголы] “идет”, “бежит”, “спит” и все прочие слова, обозначающие действие: если бы кто-нибудь произнес их по порядку, то этим он вовсе не составил бы речи. Тээт: Да и как бы он мог составить? Чужеземец: Таким же образом, если произносится: “лев”, “олень”, “лошадь” и любые другие слова, обозначающие все, что производит действие, то и из их последовательности не возникает речь. Высказанное никак не выражает ни действия, ни его отсутствия, ни сущности существующего, ни сущности несуществующего, пока кто-либо не соединит глаголов с именами. Тогда все налажено, и первое же сочетание [имени с глаголом] становится тотчас же речью - в своем роде первою и самою маленькою из речей». <…> «Чужеземец: «Подобно тому, как некоторые вещи совмещаются одна с другой, другие же нет, так же и обозначения с помощью голоса: одни не сочетаются, другие же, взаимно сочетаясь, образуют речь» [Платон 1993, с.336-337].

Для Платона принцип сочетания вещей распространяется и на «обозначения с помощью голоса» – речь. В приведённом фрагменте сформулирован один из двух принципов устройства мироздания: члены одной парадигмы не образуют синтагмы, а члены одной синтагмы принадлежат разным парадигмам. Назовём его «природным принципом» или «П-принципом».




ПАРАДИГМА 1: А

ПАРАДИГМА 2: НЕ-А

СИНТАГМА 1

ЛЕВ

ИДЕТ

СИНТАГМА 2

ОЛЕНЬ

БЕЖИТ

СИНТАГМА 3

ЛОШАДЬ

СПИТ

Действительно, лев, олень, лошадь – члены парадигмы A, идет, бежит, спит – члены парадигмы не-А. Синтагмы 1-3 представляют собой реализацию принципа: Несходное притягивается (А+не-А), парадигмы 1-2 свидетельствуют, что сходное - отталкивается(А↔А).

Итак, первый принцип устройства бытия – это принцип неживой и живой природы, известный из химии, физики, биологии. Платон показал, как этот принцип проявляется в устройстве элементарного предложения.

Этот же принцип проявляется и в устройстве русского слога. Слово папа имеет два слога: па-па, построенных по модели «не-гласный+гласный». По этой же модели построены слоги в словах па-то-ка, за-то-ка. Взаимодействуют множества: Г и не-Г, гласных и не-гласных. (=согласных).

А если мы возьмем слог (и слово) три? Перед нами выбор: либо признать, что принцип в данном случае не работает, либо допустить, что Р не является ни гласным, ни согласным. И это так: гласные – это фонемы, которые всегда, образуют слог; согласные – это фонемы, которые никогда не образуют слога. А |Р| принадлежит третьему множеству фонем – сонантам, которые в зависимости от позиции образуют или не образуют слог. Сонанты безразличны к оппозиции «слоговой – неслоговой».

Рассмотрим это положение на ряде примеров. Мистер Твистер бывший министр. (Маршак). ТвИ-стер рифмуется с минИ-стəр, так как |Р| образует самостоятельный слог. Чтоб не достаться спрутам или крабам, Кто с кольтом, кто с кинжалом, кто в слезах, Мы покидали тонущий корабль… (Высоцкий). Рифма крА-бам – корА-бəль. |Л| – слоговой. Шел я верхом, шел я низом, Строил мост в социализм. (Маяковский). Рифма нИ-зом – социалИ-зəм. |М| – слоговой. Слоговым может быть и |Н|: Мстил Серега за слезы любимой, За зарытый в земле Летний сад, За великого города гимн, За любимый свой Ленинград. (Розенбаум). Рифма любИ-мой – гИ-мəн.


Так мы приходим к выводу, что в русском языке не две парадигмы звуков, а как минимум три: согласные, гласные и сонанты. Следовательно, П-принцип в слове три работает: Р – не-гласный, а Т – не-сонант.

А почему возможна форма стой? Ведь С и Т – согласные, никогда не образующие слога. Опять перед нами выбор: либо признать, что П-принцип не работает, либо, что С и Т принадлежат разным парадигмам.

В чём их различие? Согласные делятся на два множества: фрикативные («размыкатели рта», по Ф. де Соссюру), произносимые с приоткрытым ртом: С, З, Ш, Щ, Ж, Х, и взрывные (в терминологии Соссюра - «смыкатели рта»): П, Б, К, Г, Т, Д. Аффрикаты Ц и Ч начинаются как взрывные, их уместно классифицировать по их взрывному началу.

Итак, среди согласных надо различать «взрывные и не-взрывные (фрикативные)».

А как объяснить сочетание сонантов в словах млечный, нрав? Следуя П-принципу, надо признать, что и сонанты в русском языке принадлежат двум множествам: «плавные – не-плавные» (R↔не-R).

Чтобы правильно описывать сочетаемость звуков в русском слоге, достаточно пяти множеств: S-T-N-R-O (согласные фрикативные и взрывные, сонанты не-планые и плавные, гласные А, О, Э, Ы, а также [У], [И] и другие слоговые варианты сонантов).

А как быть с последовательностью М+Н в слове множество? Тут вроде бы подряд два носовых сонанта. Можно добавить и мне, мной (ср. мен_я), мну ( раз-мин=аю), по-мн=ить (по-мин=ать)… Ответ прост: между М и Н есть нулевой гласный – { Ъ } или { Ь }, о котором умалчивают грамматики русского языка, но пишет в своих трудах профессор Тамбовского госуниверситета В.Г. Руделёв [Руделёв 2002]. Когда {Ь} или {Ъ}, реализуемый нулём звука, чередуется с Е-И или О-Ы, его можно обнаружить внутренней реконструкцией - с опорой на факты русского же языка. Когда русский язык фактов чередования не даёт, приходится привлекать факты родственных языков: Ср. старосл. мъногъ, готск. managas 'многий', д.-в.-н. manag 'иной, некоторый', др.-ирл. menicc 'частый, многочисленный', литовское minià 'толпа' [Фасмер 2004, Т.2, С.633].


Так, методично (с верой в метод Платона) анализируя русскую речь, мы выявляем глубинные и существенные составляющие русского языка, пользуясь логикой: если наш принцип не допускает сочетания в одном слоге двух носовых, а сочетание тем не менее наблюдается, то 1) либо носовые принадлежат разным слогам (кА-мен-ный), 2) либо между ними есть вокал и они - опять-таки принадлежат разным слогам (мЬ-не/ме-ня, по-мЬ-нить/по-ми-нать, мЪ-но-гий), 3) либо один из них - слоговой (ср. рифму: лю-бИ-мой - гИ-мн). П-принцип не нарушается: неслоговой |М| и слоговой |əН| сонант принадлежат разным множествам-парадигмам.

Результат проведённого анализа можно представить в виде таблицы:


не-О

О

не-R

R

не-N

N

не-T=S

T

Как видим, П-принцип не только определяет сочетаемость звуков, но и позволяет получать нетривиальные результаты применительно к современному русскому языку.

Рассмотрим, как работает этот принцип при сочетании морфем, на примере слова переосвидетельствование:

P3

P2

P1

R

S1

S2

S3


S4

S5

S6

S7

Fl

пере

о

с

вид

е

тел

ьс(к)

тв

ова

н

и(й)

е










С

Г

С

А

С

Г

А

С



В зависимости от того, с какими окончаниями морфема сочетается, её можно определить как глагольную, субстантивную или адъективную. По П-принципу суффикс существительного не должен сочетаться с основой существительного, суффикс прилагательного – с основой прилагательного, суффикс глагола – с основой глагола. В слове переосвидетельствование так и происходит: вид – существительное; S1 (-е-): видеть – глагол; S2 (-тель-): свидетель – существительное; S3 (-ск-): свидетельский – прилагательное; S4 (-тв-): свидетельство – существительное; S5 (-ова-): свидетельствовать – глагол; S6 (-н-) – причастный суффикс (переосвидетельствован – краткое причастие); S7 (-ий-): переосвидетельствование – существительное. Здесь также члены одной синтагмы на морфемном формальном уровне не принадлежат одной парадигме. Следовательно, и морфемы так же подчиняются действию П-принципа.


Кажется, будто случаи: «нить – существительное, нитка – существительное, ниточка – существительное»; нож – ножик – ножичек, дева – девка – девочка, рама – рамка – рамочка опровергают П-принцип. Но это не так: в данном случае мы имеем с формообразованием. Поэтому нить, нитка и ниточка и проч. – не три разных слова, а три формы одного существительного.

Сходное наблюдаем в формах глагола: Работ=а=л_и; Работ=а=й_те: Работ=а=е_т

Здесь два глагольных суффикса: =а=л_, но это суффиксы с разными функциями. Суффикс =а, чередуется только с такими суффиксами, как -ну-, -Ø-, -и/е-, -ыва-: кат=а=ть; кат=ну=ть; кат=и=ть; кат=ыва=ть и би=vа=ть - би=Ø=ть; (v – консонантная «вставка» между морфемами - эпентеза, -vа- –обусловленный позицией после гласного вариант морфемы -а-. Это первая парадигма.

А вот другая парадигма: кат=а=л_и; кат=а=й_те; кат=а(j)=е_м (j – не часть морфемы, а эпентеза, устраняющая зияние). Здесь чередуются суффиксы прошедшего времени (=л) , повелительного наклонения (=и) и непрошедшего времени (=е).

Сочетающиеся суффиксы не способны занимать одну и ту же позицию в слове и принадлежат разным парадигмам. А раз так, они не нарушают П-принципа: просто это принцип словообразования, а не словоизменения.

Благодаря П-принципу можно научно обоснованно провести границу между словообразованием и формообразованием. Этот подход реализован в кандидатской диссертации И.А.Меркуловой [Меркулова 2000].

Может показаться, что случаи типа море → мор=як не подчиняются П-принципу. Моряк не является формой слова море. Здесь дело в том, что функция суффикса =ак- –компрессивная. Моряк – то же самое, что человек моря, т.е. морской человек (словоформа моря выступает в адъективной функции несогласованного определения). Следовательно, и здесь реализован принцип А+не-А. Правда, он нуждается в уточнении: «А» трактуется как тождество синтаксической функции (определяемое + определение), а не морфологической формы (Сущ. + Сущ.).


Итак, первый – природный – принцип устройства мирозданья звучит следующим образом: «Сходное отталкивается, несходное притягивается».

Второй принцип действует в социуме, и противоположен первому: «сходное притягивается, несходное – отталкивается» (А+А). Этот принцип осознан и зафиксирован обыденным сознанием: Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты. Рыбак рыбака видит издалека, Два сапога – пара, Муж и жена – одна сатана. Существует множество примеров проявления этого принципа.

Научная школа - это ученые, объединенные единством взглядов и методологии. Литературное течение - это группа литераторов, объединенных сходными взглядами и поэтическими идеалами. «Передвижники», «Могучая кучка», футуристы, акмеисты, имажинисты – примеры творческих объединений на основании сходства. Это общий принцип организации социума и социальных групп.

Этот принцип (назовём его «социальным принципом» или «С-принципом») проявляется и в языке: в организации содержательной стороны высказываний. Почему мы говорим: малюсенький и большущий, а не *большусенький и *малющий? Потому что последние являют собой несовместимость значений корня и суффикса.

Аналогично объясняется недопустимость сочетаний *потерпеть победу и *одержать поражение, *кромешный рай, *адские кущи и т.д.

В языке С-принцип определяет сочетаемость означаемых. Закон семантического согласования, управляющий сочетаемостью означаемых морфем и слов, звучит так: «члены одной синтагмы не должны содержать взаимоисключающих компонентов значения». Более сильная версия закона семантического согласования: «члены одной синтагмы обязательно содержат общие компоненты значения».

Вся наша речь пронизана примерами такого согласования: Семерых ощенила сука, рыжих семерых щенят (Есенин). Сука, ощенила, щенят – трижды выражено одно и то же ‘собачье’ значение. Можно было бы без потери информации сказать Самка родила щенят, Самка ощенила детенышей.


По П-принципу в речи сочетаются формы лингвистических знаков (означающие), по С-принципу сочетаются их содержания (означаемые). Языковой знак противоречив по своей природе: формой он тяготеет к несходному, содержанием – к сходному.

Таково внутреннее противоречие лингвистического знака, а, следовательно, и языка. Следствием внутренней противоречивости языкового знака является его асимметричный дуализм, описанный С.О.Карцевским [Карцевский 1965]. Все теоретики (от А.А.Потебни [Потебня 1958, С.13-55.] до В.М.Маркова [Марков 1981]), исходившие из принципа симметрии языкового знака, попадали в «теоретическую ловушку», оказываясь «один на один» с семантикой. Если С.О. Карцевский констатировал асимметричность языкового знака, то мы объяснили её. Раскрытие внутренней противоречивости языкового знака представляется важным шагом на пути к созданию диалектического, т.е. системного описания языка.

Разумеется, в природе и языке всё сложнее, чем представлено выше. Так, в фонетике имеется не только расподобление соседних звуков (диссимиляция), но и уподобление их (ассимиляция, аккомодация); в праславянском языке одновременно действовали закон восходящей звучности в слоге (принцип «А+не-А»), и закон слогового сингармонизма (принцип «А+А») и т.д., и т.п.

Наша цель - не ответить на все вопросы, а поставить один из них: вопрос о принципах организации функционирующих, развивающихся и саморегулирующихся систем, к которым относится и язык.

Литература


  1. Платон, Собрание сочинений в 4 т. Т.2 /Общ. ред. А.Ф.Лосева, В.Ф.Асмуса, А.А.Тахо-Годи; Пер. с древнегреч. – М.: Мысль, 1993.

  2. Руделёв В.Г. Вокалический нуль и его место в системе вокальных фонем (на материале русского языка) // В.Г. Руделёв. Собр. соч. в 6 тт. Т.6, Ч. 1, Тамбов: Изм-во ТГУ им. Г.Р.Державина, 2002, С.14-16.
  3. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. /Перевод с нем. и доп. О.Н.Трубачева. 4-е изд, стереотипн. В 4-х тт., М.: Астрель-АСТ, 2004.


  4. Меркулова И. А. Грамматическая сочетаемость русских морфем. Автореф. канд. филол. наук. - Воронеж – 2000. – 23 c.

  5. Карцевский С.И. Об асимметрическом дуализме лингвистического знака //Звегинцев В.А. История языкознания XIX-­XX веков в очерках и извлечениях. М., 1965, ч.2., c.85-90.

  6. Потебня А.А. Из записок по русской грамматике. Т. I-II, М.:Учпедгиз, 1958.

  7. Марков В.М. О семантическом способе словообразования в русском языке. Ижевск, 1981. - 29 с.