shkolakz.ru 1
Поначалу я этого не замечал, даже не придавал значения. У нас ничего не получилось, и я думал, что она просто пытается отстраниться от меня. Мы все реже общались в аське, она все реже каментила мой дневник. Казалось бы, все так и должно быть, если отвергаешь девушку, которая призналась тебе в любви, потому что любишь ее только как друга.


Основным местом где мы общались был интернет. Поэтому не удивительно что она стала реже появляться здесь. Вечерами я сидел в аське, иногда писал сам себе какие-то глупости, отвечал редким сообщениям друзей. Признаться, я скучал по ней. Мы так мило болтали когда-то, буквально этой осенью. Я рассказывал ей все, она делилась со мной самым сокровенным. А потом все пошло наперекосяк. Я догадывался о ее чувствах ко мне, но не хотел сам себе в этом признаваться. До последнего надеялся что мне только кажется.

А потом она сказала что любит меня.

И все перевернулось. Я не мог ответить ей взаимностью. Я сказал ей что мы можем быть только друзьями. Ей ничего не оставалось, как согласиться на дружбу. Мы стали реже общаться, обмениваясь только дежурными фразами. Так прошло пару месяцев.

А потом я заметил что что-то не так. На ее стене начали появляться странные записи от одногруппников. "Когда ты придешь в универ?", "Что случилось, почему не ходишь?" и т.п. Это насторожило меня. Она и раньше частенько прогуливала, но чтобы совсем бросить учебу? Ко всему прочему она забросила свои дневники. О, дневники были ее жизнью! Это было ее любимое хобби. Я читал только несколько из них, но она говорила что на самом деле их намного больше. Они раскиданы по всему интернету под разными никами. Может она пишет там? Но я не смог ничего выяснить, ее друзья только пожимали плечами. Если можно, конечно, пожать плечами виртуально.

Прошло почти три месяца, с тех пор, как мы последний раз переписывались с ней. Я звонил ей на сотовый, на домашний, но нигде не брали трубку. Потом сотовый вообще был отключен.

Я не находил себе места, я перестал спать по ночам. Тяжелые мысли одолевали меня. Что с ней могло произойти?

Гуляя бесцельно по городу, я сам не заметил как оказался возле ее дома. В маленьком окошке наверху горел свет.

"Значит все в порядке", успокоил я себя и отправился спать.

Эту ночь я спал очень беспокойно, мне снились кошмары, самые невообразимые, которые я даже не смог бы описать. Разумеется я проспал универ.


Невыспавшийся, в полубессознательном состоянии я перся на остановку пытаясь прикурить от замерзшей зажигалки.

Однако почему-то я прошел мимо остановки. Я шел и шел вперед, подсознательно понимая куда я иду.

.. Видимо я задремал на лавочке, потому что открыл глаза и увидел ее подъезд. Сколько я здесь сижу? Я посмотрел на часы. Всего двадцать минут. Чего же я жду, спрашивается?

Как оказалось в ту же секунду, ждал я не напрасно.

Из дверного проема появился знакомый силуэт. Знакомая голубая курточка. За плечами здоровенный походный рюкзак. Куда она направляется? В поход? Я медленно встал и направился за ней. Я двигался чуть поотдаль, чтобы она не заметила меня. Но она, казалось ничего не замечала вокруг. Она шла целенаправленно. На автобусную остановку.

Когда она села в марштурку, идущую до конца, я поймал такси. Я знал, куда она едет. Она едет на окраину города чтобы сесть на автобус, идущий в горы. Я просто обязан был с ней поговорить.

Естественно я доехал раньше нее, и зашел в книжный магазинчик. Листая какую-то бредовую книжку, я то и дело поглядывал в окно. А вот и она. Стоит на остановке. На голове теплая шапка-ушанка. Лицо наполовину замотано шарфом. Только сейчас я заметил как сильно она похудела. Я бы даже сказал, исхудала. Ее ноги стали похожи на тонкие ноги цапли или аиста.

Она села в автобус вместе с другими желающими пойти в горы или покататься на катке. Я незамедлительно вышел из магазина и снова остановил такси.

Поначалу я подумал что опоздал. На конечной крутилось много людей, множество счастливых взволнованных лиц. Не было только ее. Я оглядывался по сторонам, пока, наконец, не заметил вдалеке на склоне голубую курточку. Она поднималась вверх. Еще немного, и она скроется за поворотом. Мешкать было нельзя. Я начал восхождение.

Я шел по ее следам около двух часов. Не знаю в какую глухомань она хотела добраться, но я уже не был уверен, что найду дорогу назад. Эти горы, все такие одинаковые. Следы плутали, делали резкие повороты в сторону, пока, наконец, не уперлись в скалы.


"Ну все. Это конец," - подумал я. "Здесь мне ее не отыскать.

Однако, какое-то неведомое чувство заставило меня идти и идти вперед. Я терпеливо лез вверх, уже не осознавая зачем я это делаю.

Наконец, я вышел на более-менее ровное место. Отсюда она могла пойти куда угодно. Я даже не был уверен что она вообще была здесь.

Я стоял, размышляя что делать дальше, когда почувствовал на себе пристальный взгляд...


Она сидела на рюкзаке метрах в десяти от меня и невозмутимо курила. Я потерял дар речи.

- Зачем ты за мной идешь? - как ни в чем не бывало спросила она.

- Я.. Я следил за тобой.

- Ты что псих? И часто ты следишь за девушками?

Я подошел ближе и наконец, смог разглядеть ее лицо. Тяжелые синяки под глазами, кожа, натянутая на скулах, изможденный вид. И тем, не менее безупречный аккуратный макияж. Как всегда.

Ей явно не нравилось что я ее разглядываю, поэтому она отвернулась в сторону, делая вид, что любуется открывающимся сверху видом, и затянулась сигаретой.

- Иди домой, Витя. Я хочу побыть одна. - внезапно она закашлялась, так сильно, что согнулась пополам. Несмотря на то, что она закрыла рот ладонями, на снег упали несколько алых капель.

"Это не простуда" - мелькнуло у меня в голове.

- Лена... - начал я.

- Что? - она криком оборвала все мои, начавшиеся собираться в единую картину, осколки мыслей, - Что, Лена? Что? Ты доволен? Доволен что спалил меня? Молодец! Шерлок Холмс хренов! Выследил, да? Класс! Зашибись! Я никому не говорила ничего, а ты вот так просто пошел за мной, интересно стало, да? Теперь ты знаешь, молодец! Можешь теперь идти домой! Я остаюсь здесь!

- Знаю.. Знаю что? Лена? Почему ты кричишь? Я.. я... не понимаю.. - бормоча какую-то несусветную чушь, я гнал от себя страшные мысли, хотя на самом деле я все уже давно понял.

Внезапно она успокоилась и снова закурила. Сделав пару затяжек, она выкинула сигарету в снег.


- Нет, не чувствую вкуса. Я больше не чувствую вкуса ничего!

Я, как завороженный смотрел на дымящийся бычок с красным фильтром. С кровавым фильтром...

- Вить...Ну правда. Зачем ты шел за мной? Хотя я все понимаю, не объясняй. Понимаешь, - она подняла голову, посмотрела на яркое полуденное солнце и слегка зажмурилась, - У меня рак. Рак легких, Витя. Я узнала об этом только в декабре. Врачи сказали что болезнь уже на такой стадии, когда не поможет даже химиотерапия. Мне оставалось только идти домой, умирать. Но я не хочу, понимаешь? Не хочу чтобы все меня жалели! Я не хочу чтобы страдали мои родители, не хочу чтобы мои друзья переживали! Не хочу медленно дохнуть в постели и ходить под себя, понимаешь? Поэтому я не сказала. Никому и ничего. Я просто продолжала жить. Полной жизнью. Но вскоре это стало заметно. Мне больше не удавалось скрывать свой недуг. Я выплевываю куски легких, понимаешь? Они такие забавные... Частички меня, хыы... И вот я решила уйти. Просто уйти в горы. И не вернуться. Я искренне надеюсь, что мое тело не найдут. Я просто уйду подальше, напьюсь и усну. И не проснусь. Говорят, когда умираешь от холода, перед смертью становиться так тепло, как никогда в жизни. И ты попадаешь туда, где всегда тепло. Я хочу это проверить.

Я стоял, не в силах вымолвить не слова. Мысли бешено вращались в моей голове, но одна не давала им собраться во едино. Лена умирает. Ее не спасти. Ее больше не будет. Нет, это страшный сон. Как же я хочу проснуться!

- Лена...нет... - только и смогли вымолвить мои дрожащие губы.

- Да, Витя, да. Увы, это правда.

Я подошел к ней и сел рядом на рюкзак. Мне до сих пор казалось что это просто злая шутка. Это не могло быть правдой.

- Вить, не плач.

Я сам не заметил что плачу. Слезы бежали по щекам, а я не чувствовал их. Она достала из кармана платочек, сняла с меня очки и промокнула мои глаза.

- Нууу, нельзя плакать на морозе. Глаза обветрятся. Хотя, наверное, это глупо, обветриться могут только губы, но с глазами тоже ничего хорошего не будет, это точно! - она даже улыбнулась, хотя ее глаза тоже были полны слез. В этих глазах был испуг, точнее неподдельный первородный ужас перед неизведанным. Она была очень сильной, она хорошо держалась. Но тем не менее, она боялась.


Словно прочитав мои мысли, она прошептала:

- Вить..Мне страшно. Мне действительно страшно...

Я обнял ее, она прижалась ко мне и разрыдалась у меня на груди.

- Прости меня, Вить, прости, - шептала она, глотая слезы, - Я не хотела чтобы кто-то знал. Прости меня за все. Прости что парила тебе мозги. Прости за то, что любила только тебя! Да, у нас ничего не вышло, и наверное и не получилось бы, но ты единственный человек, которого я любила и люблю! И я счастлива что сейчас ты здесь со мной...

- Неужели ничего нельзя...

- Слишком поздно. И домой я не вернусь. Ты же понимаешь...

- Понимаю... Я сам поступил бы также.

- Хорошо что ты никогда так не поступишь, потому что ты никогда не окажешься на моем месте.

Я был в растерянности. Я не знал что мне делать. Внезапно яркая, как вспышка молнии, мысль озарила меня.

Я больше никогда не увижу Лену.

Она больше никогда не напишет мне "Привет" в аську.

Больше никогда не позвонит.

Мы никогда больше не будем кататься вместе на коньках, я больше не буду держать ее за руку, помогая ей, учить ее правильно тормозить.

Я больше никогда не услышу как она смеется, не прочитаю ее стихов, не увижу ее рисунков и фотографий.

Я осознал это, и мой мир перевернулся.

Это несправедливо! Она же такая молодая! Такая красивая... У нее в жизни было все впереди! Почему она?

... Я помню как упал на бок, прямо в снег и разревелся как ребенок...

Помню как держал трясущимися руками пластиковый стаканчик.

Помню горький привкус водки на языке.

Она обнимает меня, пытается успокоить...

Я проснулся среди ночи и не мог понять где я. Дома? Голова раскалывалась. Это все был страшный сон? Я огляделся и понял что нахожусь в палатке. Рядом, свернувшись калачиком и отвернувшись к стенке, лежала Лена. Моя рука наткнулась в темноте на холодную пластмассу. Бутылка с водой! Я открыл ее и сделал несколько больших глотков. Сразу полегчало. Я положил бутылку сбоку, лег обратно и затих.


Она глубоко вздохнула и стало ясно что она не спит. Бедняга. Она сама поставила палатку, уложила меня. Такая слабая...нет, такая сильная девушка.

- Вить?

- Да солнышко? Хочешь пить?

- Вить, мне страшно. Обними меня...

- Спи, милая. Все будет хорошо. - кого я обманывал... Я обнял ее хрупкое тело и крепко прижал к себе.

- Мне страшно. И холодно. Правда, что ТАМ всегда тепло, а Вить?

- Конечно. Там никогда не бывает холодно. Там всегда светит солнце и зеленая трава. Мы будем там счастливы. С тобой. Только ты и я...

- Я люблю тебя... - по ее дыханию, я догадался что она уснула. Во сне она кашляла и каждый ее кашель отзывался в моем сердце тупой болью.

- И я тебя, Лена... - прошептал я и сам начал погружаться в сон.


Конечно проснулся я один в пустой палатке, заботливо укрытый одеялом. Посмотрев на часы, я ужаснулся. Был уже полдень. Она, наверное, успела очень далеко уйти. И есть ли смысл пытаться ее догнать?..

Я собрал палатку, упаковал в сумку, оставленную своей хозяйкой, и зарыл поглубже в сугроб. Она же не хотела чтобы ее нашли.

Значит следующим утром Лена не проснется. Я старался не думать об этом, когда спускался вниз.

Наблюдая за проносящимися мимо холмами из окна автобуса я думал что жизнь несправедливая штука. Все эти люди, что едут рядом, они живы и счастливы. И у них будет завтрашнее утро, будет горячий кофе, может быть блинчики с творогом на завтрак, утренние новости. И я жив. Я буду также вечерами сидеть в аське, скачивать фильмы, курить в форточку. А у Лены всего этого больше не будет. Не потому что она не заслуживает. Может быть заслуживает даже больше чем все эти люди, больше чем я. Просто не судьба. Мне было больно от того что я не смог скрасить последние месяцы ее жизни, которые она провела в глубоком одиночестве. Если бы я знал. Я бы наверное не отвергал ее чувства. Хотя встречаться с девушкой из жалости не выход. Она бы не хотела этого.


Я должен жить. Я должен жить, ради Лены. Потому что она бы хотела чтобы я жил и был счастлив. Возможно я и любил ее. Да что там? Конечно я любил ее! Может быть не как девушку, не как друга, я любил ее совсем по-другому и возможно гораздо сильнее. Она была для меня самым дорогим человеком.

А сейчас она просто ушла. Туда, где всегда тепло.


Я вышел из автобуса, вдохнул городской воздух, закурил и медленно направился в сторону дома. Мои родители наверное очень волнуются.

Я ничего никому не расскажу.