shkolakz.ru   1 ... 15 16 17 18 19 20

- Странно,- держась за солнечное сплетение, Брайан приблизился,- что-то случилось?

- Да.

Мэй решительно уселся рядом:

- Рассказывай.

Вместо ответа солист вдруг по-детски забрался к Брайану на колени и тот сообразил, что Фредди мелко дрожит. Он сейчас казался каким-то очень маленьким, хрупким. Мэй даже отвлёкся от своего желудка, встревожено спросив:

- Сладкий, что произошло в конце концов?! Это связано с Роджером?

- Ещё бы, - отозвался «сладкий» понуро,- с ним сейчас много что связано.

Фредди разумеется всё рассказал, в очередной раз выступая «информированным источником».

- Мак?! Не может этого быть!

- Он про тебя то же самое заявил. Ещё как может. Он недавно ушёл. Роджер ещё не просыпался. Видел бы ты это приведение. Прозрачный стал, пергаментный, я не преувеличиваю. Я так боюсь, что для него всё клиникой закончится. Если не хуже.

Впрочем сам солист выглядел не на много лучше. Было видно, что он весь извёлся, глаза не блестели, щёки ввалились окончательно. Он внимательно посмотрел Мэю в лицо и прямо спросил:

- Скажи, ты веришь, что мы выкарабкаемся?

- Верю,- твёрдо заявил Брайан. Солист радостно распрямил плечи:

- Честно?

- Конечно, честно, Фредди, я что, часто тебя обманываю?

Вместо ответа Меркьюри прижался губами к губам друга. Мэй крепче обхватил торс солиста.

- Вот до чего нужно было довести, чтобы я тебя в постель затащил,- грустно пошутил Фредди.

- Ты и сейчас собираешься это сделать? – полюбопытствовал Мэй.

- А ты согласишься? – хмыкнул солист. Он вновь поцеловал друга и вновь Брайан ответил. Обоим было не по себе. Доводить до постели не собирался даже Фредди. Но они слишком хорошо друг друга изучили, слишком друг к другу привыкли, чтобы не реагировать на подобное. Кроме того, Брайан был беспомощен, когда дело доходило до запускания ладоней в его волосы. Но Меркьюри вдруг прервал поцелуй, ткнулся носом в ключицу Мэя и замер. Гитарист тоже замер. Ладони Брайана машинально проводили по торсу сидящего у него на коленях мужчины. Тело Фредди казалось каменным, сжатым в пружину. Мэй вдруг легко поднялся, сваливая солиста со своих колен, ловко перевернул его на живот и раньше, чем Меркьюри успел удивиться, принялся разминать его спину. Фредди застонал от боли – мышцы словно свело в один ком.


- Сними рубашку, - мягко попросил гитарист. Меркьюри тут же выполнил эту просьбу, вновь укладываясь на живот, обхватывая руками диванный пуфик, прижимаясь к нему щекой. Брайан взгромоздился на солиста верхом и начал осторожно разминать неподатливые мышцы. Нежным рукам Фредди постепенно поддавался. Они ни о чём не говорили, если было слишком больно, Меркьюри постанывал и гитарист тут же снижал усилия. Брайану стало так жарко, что он сам снял рубашку.

Потребовалось около сорока минут, чтобы Меркьюри всё-таки размяк, стал дышать глубже. На него тут же навалилась дрёма. Гитарист легко спустился на пол. Меркьюри почувствовал тёплые губы, коснувшиеся его спины между лопаток. По телу пробежал приятный холодок. Солист улыбнулся.

- А теперь спать иди,- посоветовал ему Мэй, поднимаясь с колен.

- Угу, - пробормотал Фредди благодарно. Гитарист задумчиво вернулся в свою комнату, забыв, о том, что был голоден и даже не обратив внимание на то, что у него совсем перестал болеть желудок.


* * *

На этот раз Мэя разбудил нервический стук в дверь. Брайан попробовал изобразить равнодушие, но вспомнил вчерашний день, встревожился и скатился с кровати, не потрудившись даже натянуть что-нибудь на бельё – излишнее действие, т. к. за дверью стоял Джон. На басисте лица не было.

- Ты знаешь, сколько время?! – с хода задал странный вопрос Дикон. Брайан отрицательно качнул головой.

- Третий час дня.

- Ну и что? – удивился Мэй несколько сварливо,- ты считаешь, что я много сплю?!

- Я хотел разбудить Роджера, подумал, что пора бы уже...

- Ну и?

- Брай, я не могу его разбудить! Он не спит – он без сознания опять или ... или я не знаю!

У гитариста ком встал в горле. Он беспомощно повёл плечами, не зная, что ответить.

- Ты уверен? – задал он наконец глупый вопрос.

Джон посмотрел на него так, словно впервые видел. Губы его подрагивали. Мэю показалось, что басист сейчас заплачет.


- Погоди,- мягко попросил Брайан, обняв Дикона, втащил его в свою комнату, мимоходом коснулся губами отрастающих кудряшек у виска, прошептал:

- Джонни, без истерики, родной, сейчас разберёмся. Я только халат накину. Фредди где?

- Не знаю, слуга сказал, что он ушёл куда-то около часа назад.

Не отталкивая от себя рыжего, Мэй умудрился натянуть халат и вышел из спальни, за плечи подталкивая перед собой ошалелого басиста.

В полутёмной комнате стоял больничный запах. Ударник посреди кровати занимал на этой кровати до обидного мало места. Он лежал прямо, на спине, сложив на солнечном сплетении руки, весь какой-то светлый, ангельски невинный, кукольный. Неживой.

-Я ВСЁ пробовал! – выразительно пояснил Джон, зная, что гитарист его поймёт. Тот рассеянно кивнул, подошёл, встряхнул Тэйлора за плечи. Марионетка.

- Вызывай врачей, - распорядился Мэй строго,- чего же ты ждёшь?!

- Я ... я не знаю... – окончательно растерялся басист от повышенного тона Мэя.

В это время в спальню настороженно заглянул Фредди:

- Что за ругань? Что у вас опять происходит?

От солиста несло спиртным, однако открывшаяся истина заставила его мгновенно протрезветь.

Фредди тоже попытался растормошить ударника, хотя сам мало на что надеялся, справедливо решив, что если уж Джону не удалось это сделать, то ... Конечно, следовало бы тут же вызывать медиков, но молодые люди попросту растерялись. Они окружили бесчувственного друга, словно стайка перепуганных зверьков. Фредди, отклонившись назад, смертельно бледный, как обычно прижимался спиной к тому, кто был в состоянии удержать – к Мэю. Басист, который нависал над Роджером, вообще ничего больше вокруг не видел.

-Что ж ты делаешь, бельчонок,- с болью в голосе пробормотал Брайан,- ну ладно ты нас с Фредди изводишь, но ты на Рыжего своего посмотри, что-ли... ты чего его – раньше времени похоронить собрался? Можешь устроить такое вполне...


Солист в его объятьях дёрнулся и прижался теснее, по – кошачьи, он был слишком напуган, чтобы понимать, что делает. Брайан притянул его за торс, сам усаживаясь на постель, рядом с ритм - секцией и машинально устраивая Меркьюри на своих коленях. Ладонь гитариста легла на плечо Тэйлора, затем скользнула по голове Джона. Их словно паралич ударил одновременно.

-Солнце,- пробормотал басист еле слышно, - солнце, я без тебя не смогу вообще никак, понимаешь? Я абсолютно серьёзно говорю. Я же всегда любил тебя, никогда не переставал, с самого нашего знакомства... Я только с тобой... безо всякой романтики... Наоборот, это всё так гадко, так неправильно... Вернись ко мне, солнышко, я же всё равно тебя не отпущу, слышишь?..

Брайану показалось, что Дикон начинает заговариваться. Фредди на его руках шумно, как после бега, дышал. Солист протянул руку, сжимая ладонь Роджера и вкладывая её в ладонь Джона. Дикон склонился к лицу бесчувственного юноши, впившись в непослушно – застывшие губы долгим тоскливым поцелуем. Брайан положил на сжатые ладони друзей свою – самую большую, собрав три остальные в пригоршню.

Джон чуть отстранился.

- Я вас видел,- слабо пробормотал барабанщик, открывая глаза,- я увидел и понял, что не хочу быть сволочью... решил вернуться...

Друзья ошалело смотрели на Роджера, тот чуть шевельнулся, но, почему-то не смог даже двинуться, застонал. Джон, словно хрустального, уложил его на подушки. Фредди начало трясти. Барабанщик обессилено прикрыл глаза, облизал шелушащиеся губы и, непривычно растягивая слова, проговорил:

- Я вас видел... сверху, понимаете? Я слышал, что говорил Джонни, что говорил Брай.

-А я?- пискнул обделённый солист.

- А ты молчал. А если ты молчал, значит с тобой действительно что-то происходило из ряда вон выходящее... Брай сказал, что я Джона в могилу сведу своими закидонами... а Джон... Я тоже тебя безумно люблю, малыш...

Потрясённым музыкантам описание клинической смерти показалось не чем-то аномальным, а вполне заурядным случаем. Они уже устали реагировать на всё, что с ними происходит. Не выдерживали. Про врачей они, разумеется, забыли. Потому что Роджер вдруг проговорил, словно бы против воли:


-Ребята... простите... за всё... выкарабкаемся теперь... я ... обещаю. Я знаю. Это так страшно было наблюдать сверху. Так страшно.

Он запрещал себя даже целовать. Пытался острить по поводу своего состояния и музыканты, мечтавшие о подобном возвращении их друга, начали испытывать болезненное разочарование. Что-то похожее на ломку, ведь у них отбирался наркотик. Брайан, видевший это возвращение, вдруг начал ужасно стыдиться всего, что было. Он заперся в спальне, игнорируя все попытки Фредди туда войти. Джон долго сидел в одиночестве в гостиной. Казалось, болела каждая клеточка. Хотелось потерять память. Больше ничего не хотелось. Он автоматически ушёл в свою комнату, автоматически разобрал постель, ухнул по диагонали, не раздеваясь. Только бы потерять память! Роджер впервые за долгое время высказал желание спать в одиночестве.

Джон уже начал дремать, когда его разбудил стук в дверь. Очень тактичный стук, которого хватило ровно на сон басиста. Без всякой мысли он включил лампу, дотащился до двери, открыл. Род стоял на пороге, жмурясь от ударившего в глаза света. Дикон похолодел, пытаясь вообразить ЧТО ЕЩЁ могло произойти. Ударник застенчиво улыбнулся и внятно проговорил:

- Я знаю, что ты не любишь, когда тебя будят... только я вот вообще не могу уснуть... без тебя!

Дикон почти отшатнулся от двери, резко просыпаясь. Ударник прошествовал в спальню в одних плавках, забрался под одеяло, потянулся, расслабляясь. Басист выключил свет и тоже нырнул под одеяло. Горячее тело тут же прижалось к нему.

- Я люблю тебя, малыш,- прошептал Роджер,- помнишь, как у нас в первый раз это случилось?

- Конечно,- ответил Джон коротко,- как же тут забудешь... Ты такой уверенный был... опытный... это меня трясло.

- Я уверенный? – Тэйлор резко завалил Дикона на спину на подушки, держа его за предплечья и склоняясь к самому лицу басиста. Было совсем темно. Джон только почувствовал на переносице горячее дыхание.


- Я уверенный?! Рыж, да ты чего! Я вообще не понимал, что делаю. Это ты был... спокойным. Честно, я засомневался даже, что у тебя это впервые.

- Чего? – Джон, не удержавшись, хихикнул,- вот так мы друг друга провели!

- Теперь точно – не первый,- пробормотал ударник, рассеянно осыпая поцелуями лицо басиста, тот резко замолчал, боясь вздохнуть. Рука Роджера легко освободила его от плавок. Джон почти не отвечал, не зная, как себя сейчас вести и до смерти боясь спугнуть этот волшебный момент. Поэтому он даже не сразу осознал, что оказался снизу, не понял когда это произошло. Тело его отозвалось раньше сознания. Он сдавленно застонал, уткнувшись лбом в подушку и обхватив её руками. Выгнулся. Мгновенно стало жарко. Губы Роджера проводили по вздыбленной, влажной и блестящей от пота холке, ладони сжимали ходящие ходуном плечи, выступающие рёбра, настырно проникли между торсом басиста и кроватью. После он просто лежал, ощущая холодящий воздух вдоль позвоночника, казалось, что отказали все органы чувств. Джон мгновенно забыл, стонал ли он, говорил ли что-то ... Шевельнуться было просто невозможным действием. Тёплые жёсткие ладони Роджера сами перевернули его с живота на бок, горячее влажное дыхание коснулось виска.

- Ты чего, Рыж? Жив? Я перестарался?

- Ничуть,- дыхание у Джона уже выравнивалось, но голос звучал сипло,- просто я отвык от такого...

- А как же Брайан, сладкий мой изменщик?

Джон отшатнулся, но Роджер удержал его, лаская шею.

- Издеваешься... – с горечью прошептал басист, у которого просто не получалось не отзываться на ласки. И дело тут уже было не в нимфеточности его друга. Раньше он тоже не умел на них не отзываться.

- Развлеклись и хватит,- вместо ответа заявил Роджер, - теперь я – в твоей постели, а ты – в моей, будем единственными мужчинами и попробуй только сказать что-то против!

- Но ... но я... – Джон не знал, что на это ответить и как реагировать. Ему очень хотелось послать наглеца куда подальше. Он бы так и поступил, если бы этим наглецом не оказался его Род.


- Разве я это начал... – наконец выдавил басист.

- Но и не я,- серьёзно ответил ему Тэйлор,- впрочем... зачем вспоминать... итак нелегко... мне ещё надо... выздоравливать. Я же болен. Но, в любом случае, давай не будем делать драмы и вспоминать Фрейда. Разве нам с нашими было плохо?!

Джон прерывисто вздохнул, но ответил честно:

- Разумеется нет, солнце,- басист прижался к замершему юноше, задумчиво положив щёку на гладкое плечо:

- ТОЛЬКО ЧТО ЖЕ МНЕ ТЕПЕРЬ ДЕЛАТЬ... ЧТОБЫ НАЧАТЬ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ МЕНЬШЕ? Уже всё мы перепробовали. Драки. Измены. Скандалы. Обман. Извращения. Не получается у меня, солнце.


НЕСКОЛЬКО ЛЕТ СПУСТЯ…


Место действия: Стадион Уэмбли, время действия: через 40 мин после начала концерта. Действующие лица: четыре личика участников Квин плюс пара-тройка посторонних мордашек и громадная морда стадиона. На сцене Брайан Мэй гипнотизирует зрителей своим соло. Трое со сцены на время убрались, будучи уже в состоянии невменяемом, отогнали от себя обслуживающий персонал. Фредди минуты две кружился бешеным волчком на одном месте, пытаясь понять что такое важное ему обязательно надо сделать и откуда это навязчивое ощущение: если он не сделает то, что ему так надо - произойдёт катастрофа. Две минуты сообразительному Меркьюри хватило, чтобы вспомнить всё, и он со скоростью света умчался в туалет. Не всё пиво солист всё-таки вылил на поклонников и своего гитариста.

Роджер судорожно стягивал с себя промокшую насквозь рубашку, дабы нацепить что-нибудь потоньше и посимпатичнее. Рядом, шумно дыша от напряжения, Джон Дикон пытался одновременно выпрыгнуть из штанов и впрыгнуть в шорты. Это ему удалось, но не до конца и некоторое время кроме падения Джона на коврик рядом с диваном ничего слышно не было.

-Ты цел?! – бросился к другу Род, отбрасывая на время футболку.

Нет, ага... – пробормотал Дикон.

- Фредди в пиво травку что ли подсыпает,- удивился Роджер мимоходом.


- Я нормально,- выдавил из себя Дикон, поднялся на ноги. Род стоял напротив, совсем рядом и выглядел немного испуганным. Джон резко шагнул к нему, обнимая и отчаянно впиваясь губами в обнажённую шею ударника. Он начал подталкивать Роджера, пока тот, будучи не в состоянии что-то противопоставить, не прижался спиной к стене. Его ладони вцепились в плечи басиста:

-Джон, Джон, Джон, что ты делаешь?!

-Заткнись! – сипло приказал Дикон.

-Но, Рыжик, но нам через пять минут на сцену! Там стадион народа! ОУ, Рыж, пожалуйста,- уже почти заскулил Тэйлор, понимая, что его слова начинают расходиться с действиями.

-Рыжик, ты совсем шальной, нельзя же!

- Плевать!

- Ни хрена себе! Fuck you, сволочи, вы ж чего творите! – сильные руки солиста за торс отдёрнули полубезумного мокрого басиста от не менее мокрого и безумного ударника. Род не смог простить такой подлости со стороны Фредди, он сам сделал шаг вперед, перехватывая Дикона и продолжая поцелуй. Злой Меркьюри изо всех сил приложил ладонью по белым трусикам Дикона, но ничего не добился – тот даже внимания не обратил. Фредди офигел. Потом взял со стола стакан с пивом и плеснул в две мордочки одновременно. Ребята ахнули от неожиданности и, зажмурившись, отшатнулись друг от друга. Доброе сердце Фредди жалостливо сжалось и он, примирительно раздавая полотенца, мягко пояснил:



<< предыдущая страница   следующая страница >>